17.5 C
Москва
Воскресенье, 26 июня, 2022

Садовая контора Петра I: голландское барокко и редиска

Кораблестроение, военное дело, плотницкое, столярное и токарное ремесла, математика и нумизматика… Список увлечений российского Императора Петра Великого можно продолжать бесконечно. И так же бесконечно поражаться разнообразию его интересов. Но портрет Петра I будет неполным, если не упомянуть о его особой страсти — популяризации в России новых видов растений — и о любви к… редиске.

Унаследовав от отца, царя Алексея Михайловича, вкус к садоводству, Петр с детства с упоением изучал ботанику и агротехнику, а позже с головой погрузился в мир архитектуры изысканных парков и садов. Выросший в Москве, с ее садами в стиле голландского барокко, Петр на всю жизнь сохранил свою приверженность этому стилю.

После начала строительства северной столицы царь Петр сосредоточился на озеленении нового, растущего на берегах Невы, города. При всей своей занятости государственными делами, он никому не доверял выбор растений и места их размещения и лично контролировал весь процесс, стараясь не губить те редкие деревья, которые находились на территориях будущих улиц, парков и площадей. И это давалось Петру с трудом: несмотря на запрет каменной кладки по всей России в пользу Санкт-Петербурга, первым материалом для стройки служила все же древесина. В 1703 году Император издает первый указ о смертной казни за незаконные вырубки.

Алексей Гаврилович Венецианов. «Петр Великий. Основание Санкт-Петербурга», 1838 г.

«Петр Великий. Основание Санкт-Петербурга», Алексей Гаврилович Венецианов, 1838 г.

Особо Петр берег дубы, которые почти не встречались в окрестностях Петербурга. Отдельным указом два старинных дуба на котлинском взморье были обнесены оградой, и территория рядом была оборудована беседкой, в которой царь любил любоваться морем.

Бытует легенда, согласно которой Петр I собственноручно высаживал желуди вдоль Петергофской дороги. Когда некий господин из императорского окружения, глядя на происходящее, скептически поджал губы, Петр в ответ побагровел и в сердцах отчитал недалекого вельможу.

Ты возомнил, что матерые дубы меня не дождутся? Ты и впрямь — дурак! Да, не доживу, но оставлю в пример потомкам, которые из них корабли построят. Не для себя тружусь, польза государству впредь!

До масштабного строительства Санкт-Петербурга Петр уже имел собственный опыт создания парков и садов. Вокруг дворца в Преображенском, в котором Петр самостоятельно жил с 1690 года, юный царь разбил т.н. голландские грядки, на которых рядом с пряными соседствовали лекарственные травы. Идея была заимствована в новаторских решениях крупнейшего публичного сада в Измайлове, созданного его отцом. И именно отсюда в 1704 году в Петербург отправились «летники» — самые первые цветы и травы для озеленения будущего Летнего сада.

Как вы мое письмо получите, изволь, не пропустя времени, всяких цветов из Измайлова не помалу, а больше тех, кои пахнут, прислать с садовником в Петербург.

Из письма Петра к Тимофею Стрешневу, 25 марта 1704 г.

Летний сад на южном берегу Невы был основан в 1704 году как царская летняя резиденция. Место было выбрано самим Петром, который решил обосноваться на земле, некогда принадлежавшей шведскому офицеру Э. Б. Коноу. Для воплощения проекта, основанного на голландском опыте строительства на болотистых землях, была реализована система специальных каналов для поддержания нужного уровня влажности почвы и питания фонтанов. Начав с подмосковных растений, в 1706 году Петр высаживает в Летнем саду первых «иностранцев» — каштановые деревья из Гамбурга и кусты сирени из Любека.

Схематичный план Первого и Второго Летнего Садов в Петербурге, авторство которого приписывается Петру I, 1717 г.

Схематичный план Первого и Второго Летнего Садов в Петербурге, авторство которого приписывается Петру I, 1717 г.

Александр Бенуа. «Петр I на прогулке в Летнем саду», 1910 г.

«Петр I на прогулке в Летнем саду», Александр Николаевич Бенуа, 1910 г.

Великолепный, но несколько хаотичный сад в стиле барокко был «доведен до ума» голландским садовником Яном Роозеном в 1714-1716 годах. После окончания работ, результат которых пришелся по вкусу заказчику, Роозен получил лицензию для обучения голландскому садовому искусству в России и даже основал собственную школу для садоводов в Санкт-Петербурге. Выдающийся садовник проработал с Петром еще около 13 лет, приняв участие в других ландшафтных проектах.

Вид на Первый и Второй Летние сады в Санкт-Петербурге вскоре после их благоустройства голландским садовником Яном Роозеном; гравюра А. Ф. Зубова, ученика А. Шунебека, 1717 г.

Вид на Первый и Второй Летние сады в Санкт-Петербурге вскоре после их благоустройства голландским садовником Яном Роозеном; гравюра А. Ф. Зубова, ученика А. Шунебека, 1717 г.

Летний Сад неоднократно становился жертвой наводнений: 10 сентября 1777 г. вода поднялась на 321 см, 7 ноября 1824 г. Нева преодолела отметку в 421 см (первый этаж Летнего дворца ушел под воду), 23 сентября 1924 г., водная стихия превзошла уровень 380 см. Несмотря на то, что после каждой реставрации Летний сад менялся, и не всегда безболезненно (утрачены Грот, фонтаны «Фаворитка», «Лакоста», каскады «Дельфиновый» и «Амфитеатр» и др.), и из регулярного он превратился в пейзажный, его очарование не ослабевает.

Летний дворец Петра I в Летнем саду. Наши дни

Летний дворец Петра I в Летнем саду. Архитектор Д. Трезини. Наши дни

Все возводимые Петром садовые ансамбли Санкт-Петербурга и близлежащих местностей представляли собой не только безупречные архитектурные решения, но и сложные инженерные сооружения. Кроме того, русский царь любил искусство изящных развлечений: парки с потайными тропинками изобиловали мраморными скульптурами, изображающими героев античной мифологии. Например, для обустройства Летнего сада скульптуры покупались агентами исходя из четырех утвержденных Петром тем: мироздание, столкновения человеческих устремлений из «Метаморфоз» Овидия, идеальная модель земного существования и реальное его воплощение.

Особой слабостью Петра были заграничные диковины, для заказа которых в 1710 году была учреждена Садовая контора, которая не только закупала за рубежом редкие растения для парков Москвы и Санкт-Петербурга, но и занималась испытанием получаемых образцов в условиях российского климата.

В том же 1710 году на огородной территории в Стрелиной мызе Петр приказал посадить доколе невиданные растения: салат-латук, картофель и редиску. Последняя была овощным фаворитом императора, познакомившегося с этим корнеплодом в Голландии, и подавалась на стол везде, где бы он ни находился. Огород располагался в низине у Карпиева пруда, и в заморозки испаряющаяся с его поверхности вода защищала растения от вымерзания. Это позволило выращивать даже теплолюбивые артишоки, правда их посевом на рассаду занимались в крытых помещениях в январе, а урожай собирали только в начале сентября. Но собирали!

Константиновский замок, вид с птичьего полета, наши дни

Константиновский дворец в Стрельне, вид с птичьего полета. Петровский огород, сохранившийся до сегодняшних дней, находится к западу от центрального парка дворца

22 февраля 1714 года для снабжения публичных аптек лекарственными растениями Петр велел разбить Аптекарский сад на острове Вороньем. Уже с момента возникновения это было достаточно внушительное пространство: при Екатерине II сад имел длину 640 и ширину 425 метров. Аптекарский сад стал одним из важных объектов научных институтов новой российской столицы, являясь средоточием «курьезных плантов» — необычных растений, привезенных сюда из ботанических экспедиций по всем миру. Именно здесь в двадцатые годы XVIII столетия появился первый в Санкт-Петербурге «теплый анбар» — оранжерея. В 1735 году Аптекарский сад был переименован в Медицинский, а 22 марта 1823 года указом Александра I получил статус Императорского ботанического сада.

Центральная оранжерея Императорского ботанического сада, Санкт-Петербург

Центральная оранжерея Императорского ботанического сада, Санкт-Петербург, фотоателье Карла Буллы, 1800-е

В 1716 Вороний остров был переименован в Аптекарский, и на его территории было дозволено проживать исключительно работникам Медицинской канцелярии — аптекарям и их ученикам. За соблюдением этого правила следил сподвижник Петра архиепископ Феофан Прокопович, ученый-энциклопедист, один из первых адептов мифологизации личности первого русского императора. Именно по его инициативе к 25-летию Полтавской победы над Швецией в Петергофе был сооружен фонтан «Самсон, разрывающий пасть льву».

Фонтан Самсон в Петергофе

Фонтан «Самсон, разрывающий пасть льву» в Петергофе. Наши дни

Как известно, сражение под Полтавой произошло 27 июня 1709 года, в день преподобного Сампсона Странноприимца, тезки библейского героя, о котором сказано в 14-й главе Книги Судей Израилевых: «растерзал льва как козленка». Эта аллюзия была выбрана Феофаном Прокоповичем не случайно: ведь лев — геральдический символ Швеции.

Скульптуры Петергофа, включая центральную «Самсон, разрывающий пасть льву», были вывезены в 1943 нацистами в неизвестном направлении

Скульптуры Петергофа, включая центральную «Самсон, разрывающий пасть льву», были вывезены в 1943 нацистами в неизвестном направлении, территория заминирована, деревья вырублены. На фото: специалисты музея на руинах Большого каскада, 1946 г.

Фонтан «Самсон, разрывающий пасть льву» в Петергофе, фото 1

Руины дворцового комплекса Петергофа с восстановленными фонтанами и реконструированными скульптурами Большого каскада, аэросъемка, 1948 г.

Городские сады и дворцовые парки Санкт-Петербурга регулярно пополнялись молодыми деревьями и кустарниками, доставляемыми в Петергоф, Стрельну, Царское село, Ораниенбаум из Голландии через Ревель (ныне Таллин), из Швеции на регулярно курсирующих кораблях, а также из Львова и даже Сибирской губернии.

Марсово поле в Санкт-Петербурге

Летний сад и Марсово поле в Санкт-Петербурге

Масштаб закупок поражает и сегодня. Так в 1712 году из Голландии прибыло 1300 липовых деревьев, большое количество кедров, тополей, вязов, грабов и лиственниц. В 1719 садовник Шульц из Гамбурга получил заказ на 3000 кустов сирени.

Дворцово-парковый ансамбль Петергоф на южном берегу Финского залива

Дворцово-парковый ансамбль Петергоф на южном берегу Финского залива

Для Петергофа в 1721 в Гамбургском порту было отгружено, среди прочего, 14 сортов вишни, 30 сортов яблонь, 28 сортов груш в десятках экземплярах каждого наименования. Весной 1723 года в Санкт-Петербург доставили восемь тысяч саженцев липы, клена, вяза и ясеня, являвшихся на тот момент экзотическими для России породами деревьев.

Любимые Петром дубы ввозились из Новгорода. Причем, не желая тратить время на ожидание, пока маленькие саженцы вырастут, царь настаивал на посадке взрослых растений. Для работ приглашались иностранные садовники, умеющие пересаживать высокие, взрослые деревья без повреждения корней.

Не обделил вниманием Петр и другие российские города. По его планам и при его непосредственном участии возникли красивейшие парки в Таганроге (ныне Городской парк имени Максима Горького) и Риге (ныне Виестура, Петровский Парк).

Дворец Монплезир в Петергофе

Дворец Монплезир в Петергофе. Наши дни

До нашего времени сохранилось несколько деревьев, собственноручно посаженных Петром в Санкт-Петербурге. И самое знаменитое, конечно, это — многовековой сорокаметровый дуб, переживший потопы, ураганы, но все также украшающий любимый первым российским императором Летний сад.

Летний сад в Санкт-Петербурге

Летний сад в Санкт-Петербурге. Наши дни

Не пропусти